Фото: Andrew Vaughan/Canadian Press

«За морем житье не худо»... А на канадской Атлантике — совсем швах

Если бы дом, построенный в 1867 году находился хотя бы на небольшом участке в Торонто, то наверняка стоил бы не один миллион долларов, а так стоит он себе в городке Пикту, на наделе в ¾ акра, и вы спокойно можете купить его за $425 000.

Старое, как сама Конфедерация, но мощное здание в викторианском стиле было полностью отремонтировано.

В нем пять спален, шесть каминов, супер-современного дизайна кухня с гранитными прилавками, а также пол с подогревом

Снаружи имеется флигель, который когда-то использовался в качестве стоянки для конных экипажей.

Дом представляет собой пример того, как влиятельные и зажиточные канадцы охотно когда-то вкладывали средства в недвижимость на восточном берегу Канады. Времена бурного расцвета прибрежных провинций, к сожалению, канули в лету.

Некоторые могут даже точно сказать, когда это началось, а именно — 1 июля 1867 года, да-да, в День Доминиона.

«Уровень жизни и ее качество были, наверное, наилучшими во всей британской Америке», — говорит профессор, декан исторического факультета университета Острова Принца Эдуарда.

Это время известно как «Золотой период», когда выпускаемые на Атлантике корабли пользовались большим спросом, когда производимый здесь текстиль, продукты питания и другие товары широким потоком отправлялись в Новую Англию, Великобританию и Вест-Индию.

В 1832 году был образован нынешний гигантский финансовый институт — Bank of Nova Scotia. В 1864 в Галифаксе был зарегистрирован новый банк — The Merchants Bank, который сегодня известен как RBC Royal Ban.

В сентябре, дабы закрепить свои связи, усилить свое влияние в регионе, лидеры трех колоний собрались в Шарлоттауне, чтобы образовать Приморский союз (Maritime Union).

План этот воплотить в жизнь не удалось — из провинции Канада явился на остров сэр Джон А. Макдональд. Явился он с грузом шампанского, обещаниями проложить сюда с материка железную дорогу и с планом создания большего, чем просто атлантический, союза.

И вот этот союз и было решено назвать Конфедерацией.

Позже в том же году в Конфедерацию вошел и Квебек.

Идея эта была настолько непопулярна у островитян, что они отвегли ее, опасаясь крупных налогов и закона об обязательном всеобщем призыве в армию.

В 1865 на выборах в Нью-Брансуике победили анти-конфедеральные силы.

В Новой Шотландии известный тогда политик и журналист Джозеф Хоу призывал к тому, чтобы судьба провинции решалась ею самой, а не кучкой политиков за 800 миль отсюда.
В одной из своих статей он писал: "что, кто-то когда-нибудь пробовал соединить Шотландию с Польжей или Венгрией?
Газета Morning Chronicle в Галифаксе 1 июля 1867 года вышла со статьей под заголовком «Умерла! Минувшей ночью свободная и просвещенная провинция Новая Шотландия».

Противники создания Конфедерации получили 36 из 38 мест в провинциальном парламенте, а сам Хоу был в числе 18 из 19 депутатов от Новой Шотландии, которые были против объединения — в парламенте федеральном.

Британское правительство было настроено резко против любых протестов и раскола. Хоу не удалось привлечь на свою сторону Нью-Брансуик, и в 1869 он вошел в состав федерального правительства.

Четырьмя годами позже, когда Остров Принца Эдуарда увяз в долгах, но не смог справиться со строительством железной дороги, эта провинция присоединилась к Конфедерации в обмен на ее обещание взять на себя долги островитян.

В 1870 году были введены протекционистские меры со стороны США, и канадская атлантика стала терять свою экономическую, да и политическую силу.

Небольшое население, удаленность от своих торговых партнеров, без доступа к большим финансам у прибрежных провинций не было шансов выстоять против более индустриально развитых Онтарио и Квебека.

В 1879 и Канада установила жесткие тарифы, чтобы защитить своих производителей от американцев (так называемая «Национальная политика» — National Policy).

Эт программа оставалась в силе до Первой Мировой войны, а освобождение капиталов привело к тому, что из девяти крупных банков в этих провинциях в период с 1867 по 1916 выжил лишь один.

Выросшие цены на грузовые железнодорожные перевозки еще более ухудшили способность приатлантических территорий конкурировать с центральными провинциями.

В 20-х годах прошлого века здесь возникло движение «за прибрежные права» (Maritime Rights).

Делегация за делегацией отправлялись в Оттаву, где проходили экономические конференции. В конце концов, после действий правительства Маккензи Кинга цены на перевозки были понижено.

Провинции просили, но не получили полного контроля даже над рыболовством с своем собственном регионе, но в 40-х началась программа которая сегодня известна как «компенсационные выплаты» (equalization payment), то есть распределение полученных Оттавой налогов по провинциям.

Хуже всего дела обстояли в Ньюфаундленде и Лабрадоре, который последним присоединился к Канаде. В 1949 году средний доход в этой провинцией был втрое ниже того, что в среднем получали в Канаде.

В 50-х в Атлантику решено были инвестировать крупные федеральные средства, и здесь открывались поризводства, которые порой противоречили географии и природе провинций. Так, например, на том же Острове Принца Эдуарда выпускали горные лыжи, хотя там нет никаких гор и курортов для катания.

Перспективы для этих провинций далеко не радужные: даже в Новой Шотландии, чья экономика более успешна, чем у соседей, к 2036 году, по прогнозам експертов вобласти демографии, потеряет порядка 100 000 человек.

На протяжении всего четырех поколений целый регион теряет и теряет, и пока совершенно неясно, как обратить этот процесс.

Источник: nationalpost.com

  • Поделиться новостью в: